Donate - Поддержка фонда Ф.Б.Березина

Взаимосвязь некоторых особенностей личности, актуального психического состояния и продолжительности заболевания у больных язвенной болезнью 12-перстной кишки.

Ф.Б. Березин, С.И. Рапопорт, А.И. Морозов, Н.К. Малиновская, В.В Моисеева.

Первый Московский медицинский институт им. И.М. Сеченова.

Язвенная болезнь 12-перстной кишки традиционно рассматривается как типичное психосоматическое заболевание. В этом аспекте отмечается проблема «язвенного характера» и сопутствующих ему специфических внутриличностных конфликтов, описывается участие психических стрессов в дебютной стадии и при обострении заболевания, обсуждаются различные психопатологические синдромы в преморбидном периоде и во время манифестации заболевания.

Существенно меньше изучена проблема соотношения психического компонента и такого важного показателя как давность заболевания. Клиницистам известно, что по мере увеличения времени после манифестации течение болезни может меняться разнонаправленно у различных больных. Однако нам не удалось встретить работы, в которых изучалось бы эта проблема с точки зрения участия в этом процессе психосоматических коррелятов. Между тем понимание этих закономерностей могло бы помочь как в расшифровке определенных патогенетических механизмов этого заболевания, так и облегчило бы выбор адекватной психотерапевтической тактики. Очевидно, что эта тактика должна быть адресована не только к имеющейся психопатологической симптоматике (чем обычно и ограничивается лечение психопатологии при этом заболевании) в момент обострения, но также к собственно личности больного для устранения или ослабления характерологической предрасположенности к данному заболеванию и к заболеванию как таковому. Целью настоящей работы было изучение зависимости между продолжительностью заболевания и актуальным психическим состоянием, а также некоторыми особенностями личности больных язвенной болезнью 12-перстной кишки.

Нами было обследовано 79 человек: 46 мужчин и 33 женщины. Средний возраст больных – 37,3 года (от 16 до 57 лет), средняя продолжительность заболевания – 10,1 года (от нескольких месяцев до 34 лет). Больные обследовались клинически и при помощи психодиагностических методик (методика многостороннего исследования личности – ММИЛ (Ф.Б.Березин, М.П.Мирошников, 1969) и 16-факторный тест Кеттелла (16 Personality Factors: Cattell, Eber, & Tatsuoka, 1970), при интерпретации которого использовался ряд дополнительных показателей (Ф.Б.Березин, 1988).

Полученные результаты.

Среди обследованных больных та или иная психопатологическая симптоматика была обнаружена в 73,6% случаев, причем, у 45,5% больных выявлялись легкие и (или) преходящие психические нарушения, а в 28,1% отмечались очерченные и более выраженные отклонения в пределах пограничного психопатологического регистра. Так, из 59 больных, имевших эти нарушения, в 51,3% случаев диагносцировались ипохондрические синдромы различной степени тяжести (как правило, с включением в их структуру истерического компонента), у 24,9% — тревожные или фобические расстройства обычно на депрессивном фоне, в 18,4% — отмечалась психопатическая симптоматика с преобладанием черт аффективной ригидности либо аутистических проявлений. Наконец, в 7,1% — гипертимные расстройства с неадекватно высокой активностью и повышенным настроением.

По продолжительности заболевания больные были разбиты на 3 группы: до 5 лет – I группа, от 5 до 10 лет – II группа, свыше 10 лет – III группа, соответственно 31, 15 и 33 больных. Средняя продолжительность заболевания по группам оказалась равной 2,6 года, 8,4 лет и 18,6 лет. Средний возраст больных в указанных группах составил 32,7 года, 38,4 лет и 41,6 года. Средний возраст начала заболевания соответственно: 30,1 лет, 30,0 лет и 23,0 года.

При сопоставлении этих данных можно отметить, что с увеличением стажа болезни увеличивается и возраст больных, однако, гораздо менее тривиальным оказалось то, что в III группе наиболее длительно болеющих людей средний возраст начала заболевания достоверно ниже, чем в I и во II группах. На этом основании можно предположить, что мы имеем дело с факторами, связанными с ранним дебютом заболевания. Известно, что ранние дебюты, как правило, предвещают более тяжелое течение и меньшую курабельность и связаны, в свою очередь, с более выраженной предрасположенностью к заболеванию. В случае язвенной болезни 12-перстной кишки такая предрасположенность могла бы иметь выраженный психосоматический характер. Для проверки этой гипотезы были сопоставлены различные психологические и психопатологические характеристики указанных 3 групп больных. Сравнивались группы по клиническим проявлениям, по усредненным профилям ММИЛ и по данным 16-факторного теста Кеттелла. На усредненном профиле ММИЛ по объединенной группе больных отмечались подъемы по 1, 3 и 7 шкалам, наряду с умеренным снижением профиля по 9 шкале, что отражает преобладание ипохондрических, истерических, тревожных и депрессивных тенденций, характерных для психопатологии этого заболевания. При сравнении I, II и III групп было показано, что по мере увеличения сроков заболевания закономерно возрастает уровень профиля ММИЛ, причем, во II группе по сравнению с I-й достоверно усиливаются ипохондрические и истерические тенденции, наряду с некоторым усилением тенденции к ограничительному поведению (соответственно подъем профиля ММИЛ по 1, 3 и 7 шкалам). При том, что по среднему возрасту начала заболевания I и II группы не различаются, можно думать, что усугубление указанных психопатологических характеристик связано с увеличением срока болезни. III группа с достоверно более ранним дебютом и наибольшей продолжительностью заболевания выделяется тем, что в ней относительно ниже уровень ипохондрических и истерических проявлений и более выражены черты, способствующие худшей интериоризации социальных норм и некомформности поведения, ухудшения психической адаптации (подъемы профиля ММИЛ по шкалам 4 и Ф). Обе эти тенденции достоверно отличают III группу от I и II. Достоверно выраженнее в III группе тревожность, неуверенность в себе, стремление к созданию правил «на все случаи жизни», избегание ситуаций, требующих принятия ответственных решений. Указанные особенности отражают склонность к формированию ограничительного поведения и проявляются в подъеме профиля ММИЛ по 7 шкале.

При сравнении указанных 3 групп больных по более стабильным личностным характеристикам, представленным в тесте Кеттелла, получены следующие результаты. I и II группы по этим показателям практически не различаются, что, как нам кажется, можно рассматривать как свидетельство однонаправленных изменений на «верхнем» патопластическом уровне. Это иллюстрация к нашему предположению, что различия между I и II группами могут быть рассмотрены как результат изменения актуального психического состояния по мере увеличения продолжительности заболевания при сохранении устойчивых характерологических особенностей. III группа достоверно отличается от I и II по ряду параметров. В этой группе выявляется существенно меньшая способность к интеграции поведения с учетом собственных потребностей и меняющихся внешних обстоятельств. В этом случае повышается вероятность поведения по принципу «все или ничего», т.е. цели индивида могут быть достигнуты только в очень благоприятной внешней ситуации (снижение уровня фактора С). Наряду с этим, обнаружен достоверно более низкий уровень порога фрустрации, что отражает легкость нарушения эмоционального состояния в условиях, когда субъект по каким-либо причинам вынужденно отказывается от удовлетворения своих потребностей (снижение уровня фактора F). В этой же группе отмечается более высокий уровень напряженности неудовлетворенных потребностей и суммарного эмоционального напряжения (подъем уровня факторов О и F). Производные от этих факторов уровни соотнесенной фрустрационной напряженности, относительной недостаточности интеграции поведения и реализованной лабильности (О/F3, Q4/С, F1-F3) у больных III группы оказались достоверно выше, чем в I и II группах. Это в свою очередь означает, что интеграция поведения за счет изначальной напряженности субъекта будет нарушаться при минимальных внешних затруднениях, а эмоциональное напряжение при этом будет особенно велико.

В совокупности полученные результаты могут быть рассмотрены следующим образом. По мере увеличения продолжительности заболевания (переход из I во II группу), увеличивается представленность невротических проявлений в виде учащения и усиления ипохондрической, истерической и фобической симптоматики, т.е. углубления тех тенденций, который свойственны I группе больных. При этом сохраняются неизменными более устойчивые личностные особенности. III группа больных, на наш взгляд, должна быть рассмотрена отдельно в связи с достоверно более ранним дебютом заболевания. Можно предположить, что свойственные этой группе особенности на уровне устойчивых характерологических образований обуславливают и более ранний дебют, и иной характер психопатологических нарушений. Повышенная эмоциональная напряженность в сочетании с ослабленной интеграцией поведения и выраженной эмоциональной уязвимостью отражают способ эмоционального регулирования, характерный для эмоционально незрелых, инфантильных личностей. Это, в свою очередь, приводит к ранним затруднениям в социально-психологической и психофизиологической адаптации индивида. Из этого следует повышение вероятности дебюта заболевания в более раннем, чем в среднем возрасте на фоне относительно небольшого количества несильных стрессоров. Что касается большей продолжительности заболевания, большего среднего возраста больных в III группе и их возможного влияния на эти же устойчивые особенности личности, необходимо отметить следующее. Действительно, в более позднем возрасте нередко возникают заострения акцентированных личностных черт, но это происходит тем более легко, чем более выражены они были на исходном уровне. Нужно подчеркнуть, что наличие таких устойчивых неблагоприятных личностных предиспозиций не может не влиять на актуальную психопатологическую симптоматику. Как было показано выше, в этой группе формируется готовность к психопатологическому, а не невротическому симптомообразованию. Возрастающие психастеничность, фобическая тенденция и склонность к ограничительному поведению в целом на фоне личностной дисгармоничности могут приобретать также психопатическую выраженность и тем самым ухудшать прогноз, в том числе психотерапевтического вмешательства. Иными словами, и изначальная личностная уязвимость, и тип формирования психопатологической симптоматики в этой группе препятствуют сколько-нибудь устойчивой социально-психологической и психофизиологической адаптации больных, что, в свою очередь, требует более продолжительной и углубленной психотерапевтической активности врача.

Таким образом, существует определенная зависимость между продолжительностью заболевания, некоторыми особенностями личности и актуального психического состояния больных при язвенной болезни 12-перстной кишки. Эта зависимость особенно ярко проявляется при сопоставлении различных сроков начала заболевания, в связи с чем необходима дифференцированная психотерапевтическая тактика, учитывающая возраст пациента к моменту начала заболевания.

Сеченова


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Хостинг КОМТЕТ