Donate - Поддержка фонда Ф.Б.Березина

Порог фрустрации

К числу факторов, играющих важную роль в организации эмоционального стресса, относится устойчивость к фрустрирующим ситуациям, в существенной степени зависящая от интенсивности того минимального воздействия, при котором наблюдается состояние фрустрации. Минимальный уровень нарушения взаимодействия между индивидуумом и средой (в результате чего блокируется или затрудняется удовлетворение актуальной потребности), необходимый для возникновения состояния фрустрации, характеризует порог фрустрации. Поскольку вероятность нарушения психической адаптации повышается при увеличении суммарной и особенно соотнесенной фрустрационной напряженности, порог фрустрации можно рассматривать как меру потенциальной стабильности психической адаптации. Понижение этого порога будет определять ее потенциальную неустойчивость. При прочих равных условиях стабильность психической адаптации тем больше, чем выше порог фрустрации, а ее неустойчивость возрастает по мере его снижения.

Это положение подтверждено при сопоставлении групп, различающихся по эффективности психической адаптации. Для оценки порога фрустрации использовали фактор F3 теста Кеттелла, низкие значения которого отличают сензитивных, легко фрустрируемых субъектов, а высокие характеризуют уравновешенность и малую чувствительность по отношению к фрустрирующим воздействиям [Кабанов и др., 1983]. Указанные группы сопоставляли в контингентах, исследованных в стабильной среде (1), а также в условиях, предъявляющих умеренно повышенные (2) и высокие (3) требования к адаптационным механизмам; при этом величина порога фрустрации достоверно различала группы с разной эффективностью психической адаптации во всех трех контингентах (табл. 18).

 

Таблица 18.

Изменение величины порога фрустрации в зависимости от эффективности психической адаптации (I) в контингентах, характеризующихся различным уровнем требований к адаптационным механизмам (II)

 

Приведенные данные свидетельствуют о том, что порог фрустрации, достаточный для эффективной адаптации в стабильной среде, соответствует уровню, среднему для группы с неустойчивой психической адаптацией, в случае, если нарушение сбалансированности в системе человек—среда повышает требования к адаптационным механизмам, и приближается к величине, характерной для стойких нарушений психической адаптации, при наиболее высоком уровне этих требований. Таким образом, достаточность или недостаточность порога фрустрации для эффективной психической адаптации определяется соотношением его величины со степенью требований, предъявляемых к адаптационным механизмам. Связь между величиной необходимого порога фрустрации и напряженностью адаптационного процесса может быть обусловлена тем, что возникновение и интенсивность фрустрации (как психического состояния, характерного для ситуации блокады актуальной потребности) и соответственно превышение порога ее зависят не только от выраженности и значимости блокированной потребности, но и от вероятности ее реализации. Чем больше интенсивность потребности и чем меньше вероятность ее реализации в конкретной системе человек — среда, тем более высокий порог фрустрации необходим для предотвращения состояния последней.

Зависимость между интенсивностью блокированной потребности и выраженностью состояния фрустрации нежесткая. Наличие и выраженность этого состояния представляют собой результат одновременного действия ряда тенденций. Вероятность возникновения фрустрации и ее интенсивность могут варьировать иод влиянием большей или меньшей направленности поведения (не зависящего от факторов, обусловивших блокаду удовлетворения потребности, а связанного с неустойчивостью самой потребности), изменения оценки потребности, в результате которой потребность представляется малозначимой, низкого мотивационного напряжения и высокой интеграции поведения. Эти и некоторые другие факторы, определяющие уровень порога фрустрации и устойчивость но отношению к фрустрирующему воздействию, могут быть связаны с определенными особенностями личности.

Влияние определенных особенностей личности на величину порога фрустрации было показано с помощью факторного анализа, лежащего в основе использованного метода оценки этого порога [Cattell et a I., 1970]. Фактор F3 в тесте Кеттелла — комплексный показатель, уровень которого зависит от ряда факторов: С — отражающего способность к интеграции поведения; N — к образованию поведенческих стереотипов, представляющих собой воспитанные формы поведения; F — склонность к свободной реализации поведенческих тенденций; Е — стремление к высокому месту в групповой иерархии (доминантность); А — эмоциональную вовлеченность в ситуацию; М и I — ощущение высокой значимости индивидуальных потребностей, развитое воображение и недостаточную реалистичность. Воздействие каждого из факторов на величину порога фрустрации и направленность этого влияния могут быть связаны с разными механизмами.

К особенностям личности, повышающим порог фрустрации, относятся способность к интеграции поведения, склонность к образованию прочных поведенческих стереотипов, учитывающих социальные экспектации, и подвижность потребностей. Описанная выше роль интеграции поведения как предпосылки эффективной психической адаптации базируется, в частности, на том, что в системе интегрированного поведения блокада удовлетворения той или иной потребности оценивается с точки зрения долговременной стратегии поведения. У лиц с хорошо интегрированным поведением отдельные фрустрирующие воздействия соотносятся со значимостью блокированной потребности в общем комплексе потребностей индивидуума и обычно приводят не к выраженным состояниям фрустрации, а к умеренному повышению суммарной фрустрационной напряженности, которое энергизирует, а не дезорганизует поведение. Напротив, при низкой способности к интеграции каждая актуальная потребность в значительной степени определяет непосредственное поведение, и в этом случае блокада ее удовлетворения легко вызывает состояние фрустрации. Влияние интеграции поведения на величину порога фрустрации еще более возрастает в ситуации, предъявляющей более высокие требования к адаптационным механизмам индивидуума.

Повышение порога фрустрации по мере возрастания способности к образованию стабильных поведенческих стереотипов связано с тем, что в этом случае поведение определяется не спонтанными реакциями, а воспитанными формами, исключающими непосредственное проявление потребности в явном поведении. Однако в отличие от механизмов интеграции воспитанные формы поведения обеспечивают такой эффект только до тех пор, пока отвечают требованиям окружения и способствуют реализации основных целей субъекта. При резких изменениях жизненного стереотипа необходимость перестройки поведенческих навыков способствует возникновению когнитивного диссонанса, интрапсихических конфликтов и большей интенсивности фрустрации.

Подвижность потребностей, характерная для лиц с выраженной способностью к свободной реализации поведенческих тенденций, к включению в различные средовые системы, повышает порог фрустрации не за счет ограничения влияния блокады конкретной потребности на актуальное психическое состояние индивидуума и его непосредственное поведение (как при высоком уровне интеграции или созданных в процессе научения эффективных поведенческих стереотипов), а благодаря уменьшению эмоционально насыщенной фиксации и на самой потребности, и на препятствии, блокирующем ее удовлетворение. Разнообразие и частая смена потребностей приводят к тому, что при фрустрирующих воздействиях не возникает стремления продолжать избранную линию поведения, несмотря на препятствия, или возвращаться к этой линии после прекращения воздействия блокирующих факторов. В этом случае фрустрация той или иной потребности не вызывает выраженного эмоционального напряжения и не приводит к уменьшению энергии поведения, которое легко реализуется в новых направлениях. И наконец, порог фрустрации возрастает, если способность руководить действиями окружающих сужает круг фрустрирующих стимулов.

Наряду с личностными факторами, повышающими порог фрустрации, выделяются три, обусловливающих его снижение: склонность к высокой эмоциональной вовлеченности субъекта в ситуацию, тенденция оценивать индивидуальные потребности как высокозначимые и недостаточная реалистичность. Склонность к высокой эмоциональной вовлеченности сопровождается увеличением числа стимулов, вызывающих эмоциональный отклик, и чувствительности к любым рассогласованиям в системе человек-среда. Готовность к эмоциональному ответу на широкий круг стимулов ведет к возникновению фрустрации даже в случае блокады малосущественных и не имеющих долговременного значения потребностей. В то же время фрустрация, преимущественно зависящая от готовности к эмоциональному ответу, менее важна при долговременных изменениях в указанной системе, поскольку постоянно возникающие новые стимулы ведут к прекращению предшествующей фрустрации. Однако высокий уровень эмоциональной вовлеченности и в данном случае снижает порог фрустрации в связи с вызванной этой вовлеченностью сенсибилизацией к изменениям в системе установившихся эмоциональных связей, нарушающим процессы межличностного взаимодействия.

Тенденция ощущать индивидуальные потребности как высоко-значимые приводит к уменьшению порога фрустрации в результате повышения чувствительности к блокаде мотивированного поведения, обусловленной внешними ограничениями. Сказанное относится также к ситуациям, где такое ограничение вызвано экспектациями окружения и принятой в последнем системой ценностей, норм и правил при условии, что эта система не интериоризирована субъектом. Снижение порога фрустрации за счет ощущения высокой значимости индивидуальных потребностей в большей мере связано с самим фактом блокады, чем с характером нереализованной потребности. Недостаточная реалистичность (в том числе связанная с развитым воображением и неадекватно большой его ролью в структурировании реальной ситуации) усиливает значимость фрустрирующего воздействия как вследствие субъективного искажения его интенсивности, так и в результате ухудшения адекватности прогноза (увеличение вероятности фрустрации из-за рассогласования прогнозируемой и реальной ситуаций).

Величина порога фрустрации оказывает выраженное влияние не только на эффективность психической адаптации, но и на организацию психофизиологических соотношений в течение адаптационного процесса. Совокупность показателей вегетативного регулирования и церебральной активации, выделяющаяся методом множественной регрессии с использованием пошаговой процедуры, характеризует более половины (60.1 %) дисперсии показателя порога фрустрации при эффективной психической адаптации и несколько меньшую часть этой дисперсии (40.8 %) при ее нарушениях (см. табл. 13).

В обоих случаях преимущественные связи обнаруживаются между порогом фрустрации и двумя комплексами физиологических характеристик: совокупностью параметров, которые можно рассматривать как вегетативные корреляты эмоционального стресса, и рядом показателей, характеризующих ориентировочную реакцию. К первым относятся средний интервал между двумя сердечными сокращениями (интервал R—R на ЭКГ), систолическое и диастолическое АД, ЭСК; ко вторым — длительность ориентировочного ответа на первый стимул и скорость угашения ориентировочной реакции. Выявляемая связь порога фрустрации с величиной среднего интервала R—R и уровнем ЭСК положительна, а с величиной АД отрицательна. Повышение порога фрустрации соответствует не только снижению АД, но и увеличению его стабильности: разность между фоновым АД и АД в конце исследования при эффективной адаптации так же отрицательно связана с порогом фрустрации, как и его абсолютная величина. Таким образом, повышение порога фрустрации соответствует уменьшению выраженности вегетативных коррелятов эмоционального стресса.

С этими данными хорошо согласуется и снижение по мере увеличения порога фрустрации уровня восходящей активации (положительная связь с представленностью ɑ-ритма в фоновой ЭЭГ). Однако в выделенную совокупность признаков входит величина ɑ-индекса только для левого полушария. По-видимому, повышение порога фрустрации, ограничивая круг значимых стимулов, уменьшает интенсивность логико-вербальной переработки информации (и соответственно обусловливает уменьшение активации левого полушария), не оказывая значимого влияния на интенсивность переработки наиболее общей и многозначной образной информации, реализуемой преимущественно правополушарными механизмами.

Зависимость между порогом фрустрации и характеристиками ориентировочной реакции аналогична его связям с вегетативными коррелятами эмоционального стресса. По мере возрастания порога фрустрации увеличивается скорость габитуации ориентировочной реакции (отрицательная связь с числом ориентировочных реакций до угашения) и уменьшается длительность ориентировочного ответа (отрицательная связь с продолжительностью кожно-гальванического ответа на первый нейтральный звуковой стимул). Зависимость между порогом фрустрации и амплитудой кожно-гальванического ответа отмечается только в контингенте испытуемых с нарушениями психической адаптации.

Связи между порогом фрустрации и изменениями вегетативных показателей под влиянием значимых стимулов менее многочисленны и менее стабильны. Повышение порога фрустрации соответствует уменьшению отрицательной составляющей амплитуды КГР при проведении счетных операций в уме и большему изменению ɑ-индекса в левом полушарии, к которому адресована эта нагрузка. Такое функционально целесообразное сочетание увеличения активационных сдвигов, способствующих решению задачи, и уменьшения реакции на ее выполнение (отражающегося в снижении амплитуды КГР) при возрастании порога фрустрации обнаруживается только при эффективной психической адаптации и исчезает при адаптационных нарушениях.

Величина активационного сдвига в правом полушарии при адресованной ему нагрузке (мысленное представление зрительного образа) не включалась в выделенную совокупность физиологических показателей. В то же время связь между порогом фрустрации и интенсивностью КГР отмечалась и в этом случае. В группе с нарушением психической адаптации описанная зависимость не исчезала (как при выполнении счетных операций), а изменяла характер: при эффективной психической адаптации увеличение порога фрустрации соответствовало уменьшению ответа КГР на мысленное представление зрительного образа, при нарушении психической адаптации — его увеличению. Функциональное значение такого изменения не вполне ясно. Одно из возможных объяснений состоит в том, что нарушение психической адаптации при высоком пороге фрустрации в большей мере связано с увеличением реакций на сложные внутренние стимулы, моделью которых служит мысленное представление зрительного образа.

Еще более тесный характер носят зависимости между порогом фрустрации и симпатоадреналовой активностью, оцениваемой по уровню экскреции катехоламинов, их предшественников и метаболитов, а также по особенностям обмена катехоламинов, отражающимся в отношениях веществ-метаболитов к веществам-предшественникам. Коэффициент детерминации для порога фрустрации в этом случае составил 75 % при эффективности психической адаптации и 59. 3 % при ее нарушениях.

Направленность наблюдающихся зависимостей в большинстве случаев определяется эффективностью психической адаптации. При этом характер зависимостей между порогом фрустрации и гуморальной активностью САС в случае эффективной адаптации хорошо согласуется с описанными психовегетативными соотношениями: порог фрустрации отрицательно связан с экскрецией свободного Ад и НА, а также с суммарной экскрецией веществ катехоламиновой природы. Отрицательная связь с величиной порога фрустрации выявляется не только для свободного Ад, но и для связанной его формы, тогда как зависимость между порогом фрустрации и экскрецией связанного НА положительна.

При анализе роли отношений, отражающих обмен НА и Ад, обнаруживается, что повышение порога фрустрации соответствует увеличению интенсивности синтеза НА (судя по отношению НА/ДА) и еще более выраженному усилению метаболизма катехоламинов с образованием ВМК (см. табл. 14). Функциональные зависимости между порогом фрустрации и ДА носят иной характер: возрастание порога фрустрации в условиях адаптационной напряженности сопровождается не снижением, а увеличением уровня экскреции свободного ДА, усилением интенсивности его синтеза (отношение ДА/ДОФА) и ослаблением интенсивности метаболизма (отношение ГВК/ДА).

Нарушение психической адаптации изменяет направленность описанных зависимостей: повышение порога фрустрации соответствует не снижению, а возрастанию и экскреции свободных катехоламинов, и суммарной экскреции веществ катехоламиновой природы, уменьшению экскреции ДОФА (что может указывать на ослабление резервных возможностей САС) и выраженному усилению метаболизма катехоламинов (возрастание положительной связи между порогом фрустрации и отношением ВМК/ (Ад+НА), возникновение положительной зависимости с отношением ГВК/ДА).

Таким образом, наблюдающаяся при эффективной психической адаптации согласованность связей порога фрустрации с вегетативными и гуморальными коррелятами эмоционального напряжения при нарушении психической адаптации исчезает. Наиболее вероятное объяснение положительной зависимости между порогом фрустрации и большинством показателей гуморальной активности САС вытекает из значения ее как индикатора напряженности адаптационного процесса. Очевидно, что возникновение нарушения психической адаптации при более высоком пороге фрустрации (способствующем предотвращению этих нарушений) свидетельствует и о более высоком уровне требований, предъявляемых к адаптационным механизмам, и о большей напряженности процесса адаптации, которая обусловливает возрастание гуморальной активности САС. Однако и в этом случае повышение порога фрустрации связано с уменьшением выраженности соответствующих вегетативных сдвигов.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Хостинг КОМТЕТ