Donate - Поддержка фонда Ф.Б.Березина

Аналитическая эпидемиология шизофрении у мигрантов и аборигенных этносов Чукотки

Е.Д. Соколова, Ф.Б. Березин.

Выявление роли значимых факторов в патогенезе, особенностях течения и клиники психических нарушений базируется на эпидемиологических исследованиях, причем этот аспект эпидемиологии — аналитическая эпидемиология, представляет собой одной из важных ее направлений. Работы, проведенные в рамках этого направления Н. М. Жариковым с сотрудниками, Л. М. Шмаоновой, В. М. Шумаковым и др. в нашей стране, а за рубежом, Dunham, Kramer, Axte, Sartoriny, Wing, Witkover и др., позволили определить ряд эпидемиологически значимых факторов, выявить различия в распространенности психических заболеваний и отдельных форм в разных регионах, показать зависимость от средовых факторов клинических проявлений и течения психических нарушений, установить ряд транскультуральных различий психических заболеваний.

Однако присущее нашему времени усложнение взаимодействия человека и его окружения, которое связывается с ускорением темпа научно-технического прогресса, освоением новых регионов, интенсивностью миграционных процессов, делает недостаточной оценку воздействия отдельных средовых факторов на здоровье индивидуума или групп людей, а предполагает изучение здоровья популяции в условиях изменяющейся системы человек-окружение.

Это обуславливает актуальность достаточно широких и целенаправленных исследований, позволяющих дать сравнительный анализ психических нарушений при различном характере функционирования системы человек-среда.

Особенности взаимодействия в этой системе могут быть рассмотрены на уровне региона, от условий которого зависит характер формирования популяции и ее функционирования, на уровне культуры, которая закрепляет определенные формы взаимодействия, и на уровне микросоциальной среды, в которой непосредственно реализуется поведение.

Можно ожидать, что эффективность такого исследования будет повышаться при сопоставлении достаточно четко различающихся систем, в частности, регионов с обычными и субэкстремальными условиями, культур, сформировавшихся в резко различной среде, микросоциальных групп, отличающихся эффективностью деятельности и социальным поведением.

Осуществление такого исследования и явилось целью настоящей работы, в ходе которой в зависимости от региональных, культурных и микросоциальных особенностей оценивались представленность и клиника различных психопатологических явлений, исследовались факторы, оказывающие влияние на формирование и динамику этих явлений, выявлялось прогностическое значение психопатологических синдромов.

Были изучены психопатологические пограничные состояния, обнаруженные при сплошном обследовании выборочных групп, репрезентативно представляющих население Крайнего Северо-Востока, и сопоставимых групп населения среднеширотных районов страны. Изучались такие же нарушения, выявленные при обследовании сопоставимых групп пришлого и коренного населения Севера. Проведено исследование клинической картины и форм шизофрении (как наиболее распространенного и эпидемиологически изученного заболевания) у больных из числа представителей коренного и пришлого населения Севера, состоящих на учете психиатрических учреждений Колымы и Чукотки. Кроме того, исследованы психопатологические синдромы и формы течения шизофрении у больных, совершавших общественно опасные действия, составивших репрезентативную выборку больных шизофренией, учтенных психоневрологическими диспансерами Москвы.

При сплошном обследовании контингентов населения наряду с клиническими методами для психиатрического скрининга использовались психодиагностические методики с последующей клинической идентификацией выявленных пограничных состояний.

При статистической обработке материалов, наряду с традиционными методами вариационной статистики, применялся факторный и дискриминантный анализ. Дискриминантный анализ применялся в пошаговом варианте, при факторном анализе выделялись ортогональные факторы.

Межрегиональное сопоставление стабильной популяции, сформировавшейся в обычных условиях центра, и мобильной популяции, формирующейся в необычных условиях Севера, показало, что частота пограничных психопатологических явлений на Севере достоверно больше, чем в центре (49, 1 и 29, 9 на 100 обследованных). Это различие более выражено при анализе стойких пограничных состояний (20,5 и 10,1), тогда как представленность преходящих невротических и психопатических реакций различается, хотя и достоверно, но в меньшей степени (28,6 и 19,8).

Анализ синдромологической структуры показывает, что среди психопатических состояний на Севере эксплозивные психопатические реакции отмечаются чаще, чем стойкие синдромы психопатии возбудимого типа. По-видимому, выраженные эксплозивные психопатии делают невозможным эффективное взаимодействие в суровых условиях Севера и приводят к элиминированию из региона.

Частота психопатических состояний со склонностью к сверхценным образованием возрастает на Севере по мере увеличения стойкости и выраженности этих расстройств и становится достоверно выше по сравнению с центральным районом. Это может указывать на накопление таких лиц в северной популяции, поскольку свойственные этим состояниям аффективная ригидность, стеничность, формирование труднокорригируемых концепций способствует длительной борьбе за

достижение успеха.

Среди невротических синдромов достоверно выше на Севере удельный вес ипохондрических расстройств. Ипохондрический синдром формируется на базе характерного для суровых условий региона повышения уровня психической напряженности. Будучи социально приемлемым, он не вызывает выраженных нарушений взаимодействия с окружающими и не способствует обратной миграции.

В стабильной популяции центра более высок удельный вес невротических депрессий и тревожно-фобических синдромов. Склонность к такого рода состояниям особенно выраженным и стойким препятствует вовлечению в миграционный поток, а при их развитии уже в условиях Севера способствует элиминированию. Однако депрессивные реакции, как реакции нарушения адаптации, достаточно выражены в северной популяции.

Клиническое своеобразие психопатологических явлений отражается при выделении симптомокомплексов методом факторного анализа признаков, описывающих пограничные психопатологические явления, с последующей клинической интерпретацией этих факторов.

В популяции Севера чаще отмечается развитие пограничных состояний на гомонимной почве и относительно чистых невротических синдромов. В популяции центра большее значение имеет сочетание дисгармонических личностных черт. В структуру факторов, образующих разные симптомокомплексы, в популяции Севера чаще включаются проявления аффективной ригидности, а в популяции центра — психастенические черты и черты возбудимости.

Таким образом, различия в частоте, синдромологической структуре и клинических особенностях пограничных психопатологических состояний могут быть отнесены за счет селективности миграционных процессов и необычных условий региона. Накопление в регионе лиц с психопатическими реакциями и состояниями, которые не препятствуют продолжению деятельности в популяции здорового населения, тем не менее осложняют межличностное взаимодействие и ведут к учащению фрустрирующих ситуаций.

Изучение влияния региональных особенностей на клиническую картину и течение шизофрении показывает, что с региональными особенностями прежде всего связаны распространенность заболевания и его отдельных форм. Распространенность шизофрении на Севере ниже, чем в центральном районе: 3, 4 и 5, 2 на тыс. населения старше 14 лет. Особенно это касается злокачественной и параноидной форм. Единственная форма, которая на Севере отмечалась чаще, чем в центре, — приступообразно-прогредиентная. Эти закономерности связаны с селективностью миграционного процесса, который обуславливает вовлечение в миграционный поток лиц с нерезко выраженными психическими нарушениями и элиминирование тяжелых больных.

В качестве патогенетических и патопластических факторов могут выступать и сами условия региона: увеличение интенсивности психогенных воздействий, большая частота экстремальных нагрузок, алкоголизма, экзогенных вредностей. Результатом воздействия этих факторов может быть уменьшение частоты вялотекущей и периодической форм и увеличение распространенности приступообразно-прогредиентной, поскольку провокация приступов на фоне вялого течения, утяжеление клиники приступов и ухудшение качества ремиссий при периодической шизофрении может приводить к трансформации их в шубообразную форму.

Синдромологическая структура шизофрении в северной популяции отличалась большим удельным весом сравнительно легких психопатологических синдромов; неврозоподобных, психопатоподобных, легких аффективных, изменение личности без продуктивной психопатологической симптоматики и меньшей представленностью тяжелых

синдромов: галлюцинаторно-параноидных, парафренных, конечных состояний, что связано с миграционными процессами.

При анализе результатов транскультуральных исследований контингенты коренного и пришлого населения Севера страны рассматривались как группы представителей культур, сформировавшихся в разных условиях и, несмотря на интеграцию культур, сохраняющих различия. С целью максимальной сопоставимости изучались группы учащихся одних и тех же учебных заведений, что обеспечивало сопоставимость не только по полу и возрасту, но и по характеру занятий, нагрузок, образу жизни.

В аборигенной группе отмечалась меньшая частота пограничных психопатологических явлений (45,0 и 52,3), особенно стойких, выраженных, по сравнению с группой пришлого населения (13,1 и 18,2), Выраженные различия касались синдромологической структуры выявленных пограничных состояний. Больше половины всех синдромов в группе коренного населения составили шизоидный синдром и состояния, характеризующиеся тревожно-депрессивной симптоматикой и аффективной лабильностью. В группе пришлого населения такие состояния составили лишь четверть и в то же время для этой группы была характерна большая частота психастенических и гипертимных синдромов, психопатических синдромов типа возбудимой психопатии и таким образом большее разнообразие в синдромологической структуре.

Различия а клинических проявлениях пограничных состояний нашли отражение в структуре симптомокомплексов, выделенных с помощью факторного анализа. В целом факторный анализ выявляет большую значимость для коренного населения шизоидных проявлений, тревожно-фобических и аффективных расстройств и сенестопатических явлений. В группе пришлого населения была выражена мозаичность

психопатических проявлений, на которых базировались тревожно-депрессивные, обсессивные, гипертимные и ипохондрические картины. Можно также отметить дифференциацию в группе коренного населения депрессивных состояний, среди которых наибольшую значимость имел симптомокомплекс, описывающий дисфорическую депрессию.

Различия, выявленные при транскультуральном изучении шизофрении показывают выраженное влияние этого аспекта взаимодействия человек-среда. В популяции больных шизофренией из числа коренного населения определяется большая частота злокачественной, параноидной и приступообразно-прогредиентной формы и по сравнению с популяцией больных из числа пришлого населения Севера, и по сравнению с центральным контингентом и меньшая распространенность периодической. Вялотекущая шизофрения среди коренного населения практически не определялась. Существенной особенностью непрерывно текущих форм у больных — представителей коренного населения, является выраженная тенденция к течению на всем протяжении заболевания с обострениями состояния, в которых отмечается острота аффективной симптоматики.

Возраст начала заболевания в этой популяции не обнаруживает отчетливой связи с формой течения и можно отметить более ранний возраст при всех формах течения и у мужчин, и у женщин. Обнаруживается лишь связь возраста начала злокачественной параноидной шизофрении с полом больных.

Выявленные транскультуральные различия можно связать с некоторыми особенностями культуры коренных народностей Севера, в частности, большее допущение форм индивидуальных проявлений, принятая сдержанность в выражении эмоций, недопустимость активного выражения недовольства действиями окружающих. Такие особенности облегчали взаимодействие в малых, замкнутых группах. В этой связи нарастание аутистических тенденций, ограничение эмоциональных проявлений не дают основание окружающим оценивать их как необычные проявления. К тому же такое поведение не нарушает социального взаимодействия, что не дает основания специалистам психиатрам рассматривать их как симптомы психического заболевания.

Отмечаемое в течение последнего десятилетия уменьшение удельного веса кататонических явлений, изменений фабулы галлюцинаторного бреда и несколько более частые бредовые симптомы может быть объяснена усилением интеграции культур.

В синдромологической структуре шизофрении у представителей коренных народностей отмечается большая представленность аффективных, галлюцинаторных и кататонических синдромов при невыраженности интерпретативных синдромов.

В качестве физиологического механизма, опосредующего синдромологические различия, может быть рассмотрено преимущественное вовлечение в синдромообразование правополушарных (пространственно-образных) и левополушарных (вербально-логических) механизмов переработки информации. Исследование пространственной синхронизации церебральных биоэлектрических потенциалов показало, что для больных, состояние которых определялось галлюцинаторной симптоматикой (при отсутствии интерпретативной переработки), характерна большая вовлеченность функциональных систем правого полушария. При преобладании идеаторной симптоматики обнаруживалась большая вовлеченность систем левого полушария. Эти различия не зависели от этнической принадлежности. Сопоставление этих данных с исследованиями пространственной синхронизации биопотенциалов в аборигенной группе и в группе пришлого населения показывает, что в первой группе преобладает использование правополушарных механизмов переработки информации. Такая тенденция могла

закрепляться в процессе формирования популяции, но может изменяться в процессе трансформации культурных стереотипов. Повышение роли аффектотимных механизмов, выраженность аутистической тенденции, влияние психогенных и экзогенных факторов на формирование клинической картины психических заболеваний вызывает необходимость построения психофармакологической терапии, учитывающей роль региональных и транскультуральных факторов. Для изученных контингентов больных шизофренией особенности терапии включают в себя ограничение применения алифатических производных фенотиазина, исключение нейролептических коктейлей, регулирование темпа наращивания дозировок, особенно при применении препаратов пролонгированного действия, предпосчетные применения атипичных нейролептиков, которые позволяют получить выраженный транквилизирующий и антипсихотический эффект, не вызывая экстрапирамидных синдромов, обязательную комплексность терапии: применение нейролептиков в сочетании с мощными транквилизаторами, нооторопными средствами, часто транквилизирующими антидепрессантами.

Межрегиональные и транскультуральные различия изменяют прогностическое значение психопатологических синдромов. Эти различия проявляются в особенностях микросоциального взаимодействия, трудовой и социальной адаптации.

Прогностическое значение синдрома в значительной мере связано с характером социально-экономических условий и миграционных процессов, которые стимулируют трудовые установки больных и обеспечивают возможность их реализации. Это улучшает трудовой прогноз даже при относительно тяжелых психопатологических явлениях.

Исследование прогностического значения психопатологических синдромов в профессиональных группах показало их различное влияние на успешность деятельности. Оценка профессиональной эффективности по трем критериям: производственная успешность, склонность к совершению аварий и травм, продолжительность временной нетрудоспособности, — показывает увеличение доли лиц с пограничными психическими явлениями во всех группах с низкой эффективностью. При этом показано, что тревожно-депрессивный синдром способствует возникновению аварийности и травматизма, но не снижает производственной успешности, а наличие эксплозивной психопатии оказывается в равной мере неблагоприятным при всех аспектах профессиональной эффективности. Обнаруженные закономерности могут быть учтены в практике профессионального отбора, являющегося существенным звеном в системе профилактических мероприятий.

Межрегиональные различия проявлялись и в том случае, если нарушения социального поведения носили выраженный характер и приводили к совершению общественно опасных действий больными шизофренией. Общественно опасные действия в северной популяции больных шизофренией наблюдались в более молодом возрасте, при меньшей длительности заболевания и были в большей степени связаны с психопатоподобными синдромами (особенно у женщин) по сравнению с больными центрального района. Среди психопатоподобных синдромов на Севере наиболее криминогенными были синдромы, характеризующиеся повышенной возбудимостью, расторможенностью влечений или полиморфизмом психопатических расстройств, а также психопатоподобные состояния со сверхценными образованиями.

Изложенное подтверждает правомерность подхода к изучению психопатологических явлений с учетом взаимодействия в системе человек-среда на уровне региона, культуры и микросоциального взаимодействия, определяющего трудовой прогноз и социальное поведение.

3 Responses to “Аналитическая эпидемиология шизофрении у мигрантов и аборигенных этносов Чукотки”

  • Valentina:

    Поскольку природа определила нам жить в обществе, мы обязаны выполнять все ее законы. Иначе природа взыщет с нас, независимо от того, понимаем мы смысл ее законов, или нет.Таков физический закон: тело, пребывающее в состоянии равновесия с окружающей средой, находится в самом комфортном состоянии.А чтобы делать то, что надо, — для этого мне нужно изучить саму природу и устремиться к подобию ей. Только один этот закон я должен соблюдать — закон подобия. Каждый день я меняюсь, расту, становлюсь другим. Значит, я должен каждый день, постоянно, исправлять, корректировать свое равновесие с природой.

    • berezin-fb:

      Уважаемая Валентина, жить в обществе нам определила не природа, это уже другие законы — социума, социального развития. Закон, который говорит о самом комфортном состоянии тела, находящегося в равновесии с окружающей средой — вероятно, это перефразированный закон Ньютона.
      Закон подобия в таком виде никем не формулировался, но если Вам хочется употребить это выражение, Вы вправе это сделать.
      И, наконец, Вы подводите итог совершенно справедливым замечанием о том, что каждый день Вам нужно исправлять и корректировать своё равновесие с природой. Это явление называется психической и психофизиологической адаптацией.
      С уважением,
      Ф.Березин

  • Спасибо Вам огромное, Феликс Борисович!

    Как раз сейчас собираю информацию по Чукотке (восстанавливаю Наукан). Идя по жизни строго придерживаясь тонкой и невидимой тропе, разделяющую по обе стороны Инь и Ян, науку и религию (две противоположности), я ищу всегда между ними гармонию, которая не даёт свернуть с пути и не упасть в одну из этих пропастей.

    Вот и сейчас, читая Ваш журнал, данную статью, параллельно изучаю истоки — мифы и легенды Чукотки. Уже очень много любопытного для себя почерпнул. Очень интересен культ ворона-создателя в эскимосской мифологии. Здесь я могу часами описывать параллели. Но вот интересный момент. Ворон обитает только в северном полушарии. А если посмотреть со стороны Солнца на землю, следую за ним, то получается, что северное полушарие — это правое полушарие земли. Я уверен, Вы уже поняли, о чём я говорю.

    Вопрос: действительно ли по статистике психические недуги больше встречаются в северном полушарии Земли, или нет существенной разницы?

    Спасибо Вам за то, что Вы есть! Здоровья Вам хорошего!


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Хостинг КОМТЕТ