Donate - Поддержка фонда Ф.Б.Березина

Межполушарная асимметрия как фактор адаптации человека в условиях Севера

В. В. Аршавский, Е. Л. Гельфгат, В. С. Ротенберг, Л. Л. Соловенчук

Методом корреляционного анализа ЭЭГ выявлен полиморфизм типов полушарного реагирования, представленный тремя фенотипами: правополушарным, левополушарным и смешанным. Рассмотрена роль особенностей функциональной межполушарной асимметрии в процессе адаптации пришлого населения к условиям Северо-Восточного региона.

С увеличением длительности проживания в регионе нарастает частота встречаемости правополушарного фенотипа и снижается — левостороннего. Такая направленность изменения частот фенотипов среди здорового пришлого населения может быть объяснена избирательностью миграционного отбора по отношению к определенным психофизиологическим характеристикам.

Формирование трудовых ресурсов в регионах с экстремальными условиями должно строиться на принципах подбора индивидов, психосоматический статус которых больше соответствует местным социально-экологическим особенностям.

Основное отличие двух типов переработки информации, связанных с фенотипом межполушарной асимметрии, состоит, на наш взгляд [1—3], в принципах организации связи между элементами информации — словами и образами. Механизмы левого полушария так организуют любой используемый материал (вербальный или образный), что создается однозначно понимаемый контекст. Отличительной особенностью правополушарного типа является одномоментный охват всех существенных связей, что определяет многогранность и целостность образа (или символизирующего его слова) в соответствующем контексте.

Сложившееся в процессе онтогенеза в результате наследования и социального общения и обучения относительное доминирование одного из полушарий делает актуальным изучение вопроса о характере адаптации индивидов с различным типом полушарного реагирования [4—7]. Однако эти исследования, выполненные в основном в условиях случайно сложившейся или временной ситуации, почти не затрагивают адаптационных механизмов в масштабах популяции.

Для проведения таких исследований, очевидно, идеальным полем являются регионы Северо-Востока, где формирование основной массы населения (в связи с выполнением народно-хозяйственных задач) происходит за счет интенсивных миграционных процессов.

МЕТОДИКА

Всего было исследовано 709 здоровых и 419 больных представителей пришлого населения Северо-Востока СССР (Магаданская и Камчатская области, Чукотский и Корякский автономные округи). Для сравнения был использован материал, полученный на здоровых аборигенах Северо-Востока (789 человек) и жителях Москвы (72 человека). Анализировались данные по испытуемым в возрасте старше 15 лет, поскольку именно в это время происходит окончательное становление типа полушарного реагирования, характерного для основной массы исследуемых популяций [8]. Пришлое население было представлено четырьмя группами с различной длительностью проживания на Севере: I — живущие на Севере 0—3 года, II — 4—10 лет, III — свыше 10 лет, IV — с рождения [9—10].

Для определения уровня тревоги использовали данные методики многостороннего исследования личности — ММИЛ [11], обработанные по средним

значениям методами количественного анализа. Интегральная оценка отличий в иммунном статусе групп, обследованных в разные периоды пребывания на Севере, осуществлялась с использованием обобщенных показателей комплекса признаков состояния клеточного, гуморального и неспецифического иммунитета и их дисперсий [12—14].

В качестве нагрузок на ту или иную гемисферу использовали тахистоскопическое предъявление материала различной модальности. Нагрузки, адресованные преимущественно левой гемисфере, были связаны с решением в уме ряда арифметических задач, адекватных образованию испытуемых. Нагрузки, адресованные правой гемисфере, заключались в мысленном представлении предварительно экспонированной пейзажной картины с последующим описанием ее цвета и композиции. После предъявления инструкции (до полного понимания ее испытуемым) включался тахистоскоп, проецировавший на центр экрана материал той или иной модальности с экспозицией 10 с. Исчезновение изображения на экране служило сигналом к началу выполнения задания, во время которого в течение 60 с проводилась запись ЭЭГ.

Критерием оценки доминирующего типа полушарного реагирования служило изменение пространственной синхронизации биопотенциалов при нагрузках, адресованных преимущественно правой или левой гемисфере. Для статистического анализа ЭЭГ был предложен специальный прибор [18], позволяющий записывать наибольшую величину кросскорреляционной функции первой производной биопотенциалов [15] между различными точками в левой и правой гемисферах непосредственно вовремя регистрации ЭЭГ на двух каналах полиграфа. Поскольку направление фаз в синхронизации не имеет принципиального значения, учитывалась лишь величина коэффициента корреляции, а не его знак.

Используемый метод позволил четко дифференцировать три фенотипа полушарного реагирования, что может свидетельствовать о психофизиологическом полиморфизме в популяциях [8]. К лицам с доминированием правополушарного типа переработки информации были отнесены те, которые отвечали появлением сильных корреляционных связей (r>0, 7) в правой гемисфере, только на нагрузки, адресованные правому полушарию. К лицам с доминированием левополушарного типа отнесены отвечавшие появлением сильных корреляций в левой гемисфере лишь на нагрузки, адресованные левому полушарию. К лицам со смешанным типом реагирования отнесены отвечавшие появлением сильных корреляций в правом или левом полушарии в зависимости от того, к какой из гемисфер адресовалась функциональная проба. Такой характер изменения пространственной синхронизации был отмечен как у здоровых, так и у больных испытуемых.

Распределение типов полушарного реагирования, выявленных по электрофизиологическим данным в анализируемых выборках, сравнивалось по критерию χ2. Гетерогенность частот распределения типов межполушарной асимметрии внутри суммарной выборки анализировалась через коэффициент взаимной сопряженности (К) посредством стандартизованного по численности критерия идентичности (Ist) [14]. Обработку материала проводили на микро-ЭВМ «Электроника Б 3-34» с применением специальных программ [16].

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Динамика частот типов полушарного реагирования в связи со сроками проживания в регионе. Электрофизиологический анализ распределения типов полушарного реагирования выявил, что среди обследованных представителей пришлого населения индивидов с преобладающим правополушарным типом переработки информации в 2—3 раза больше (χ2 = 22,2; р < 0,01), чем в центральных районах (рис. А, Б).

Тест на гетерогенность выявил достоверные различия между группами (К=0,1305; χ2 = 82,43; р < 0,001). В популяции пришлых жителей Северо-Востока по мере увеличения длительности проживания в регионе частота встречаемости левополушарного типа снижается, а правополушарного и смешанного фенотипов возрастает.

Частота типов полушарного реагирования среди жителей Москвы и Северо-Востока

А—жители Москвы; Б — пришлое население с различным сроком проживания на Северо-Востоке: Iа— вновь прибывшие, Iб — 1—3 года, II — 4—10 лет, III — свыше 10 лет, IV — с рождения; В — коренное население; Г — пришлое население, уволившееся и переселившееся в центральные районы страны; Д — психосоматические больные, Е — больные хроническим алкоголизмом из среды пришлого населения. Наклон штриховки вправо — правополушарный тип, влево — левополушарный тип, двойная штриховка — смешанный тип. Цифры внутри столбиков — процентные отношения, вверху — число испытуемых

Параметры критерия соответствия для обследованных групп показывают, что I и II группы практически неразличимы между собой (Ist = 2, 646, р>0, 1), однако уже I группа достоверно отличается от жителей Москвы (Ist= 13, 426, р < 0, 01). Следовательно, уже само прибытие людей на Северо-Восток сопряжено с определенным естественным отбором. Выявленное перераспределение фенотипов в группах с разной длительностью проживания в условиях Севера свидетельствует о том, что популяция, длительно проживающая в регионе (III—IV группы, которые практически не различаются между собой Ist=3, 234, р>0, 1) фенотипически удаляется (рис., А) от жителей Москвы (Ist= 65,366, р < 0,001) и приближается (рис., В) к коренному населению (Ist = 43,022, р < < 0,001).

Особенности типа полушарного реагирования и процессы психической адаптации. Степень различий между психически адаптированными и неадаптированными (по шкалам тревоги МИЛ) индивидами, оцененная по критерию идентичности, максимальна у пришлых на Севере-Востоке (Ist= 100,270, р < 0,001) и значительно меньше у жителей Москвы (Ist = 39,938, p < 0,005) и коренных жителей регионов (Ist = 32,393, р < 0,005). При этом, если среди правополушарных индивидов из контингента пришлого населения количество неадаптированных по этим шкалам личностей не изменяется со сроками проживания в регионе и не превышает 33% (а среди лиц со смешанным типом реагирования личностей, имеющих высокий уровень тревоги, всего лишь 19%), то среди левополушарных индивидов отмечается четкая динамика в сторону увеличения «тревожных личностей». Если в начальные сроки пребывания на Севере их количество составляет 48%, то среди проживающих в регионе свыше 3 лет —80% (р < 0,01). Выявленное распределение частот характеризует среду обитания человека. В Москве она предпочтительнее для лиц с относительным доминированием логико-вербального компонента мышления, а на Северо-Востоке — для лиц с доминированием пространственно-образного компонента.

Подобное соотношение можно объяснить тем, что у жителей Москвы и коренных жителей Северо-Востока психическая адаптация является естественно-историческим процессом, когда человек постепенно адаптируется сам и приспосабливает к себе среду обитания. Существенная же часть пришлого населения переселилась в среду, требующую большей ориентации на пространственно-образный компонент мышления. Во вновь осваиваемых регионах вся психосоциальная структура отношений между людьми менее четко структурирована, менее конвенциональна, слабее детерминирована и регламентирована, чем в центральных регионах. Соответственно гораздо меньшие требования предъявляются к механизмам организации однозначного контекста. В то же время необычные и экстремальные условия, невозможность ориентироваться в своем поведении на сложившиеся стереотипы (которые в привычных условиях центральных регионов ведут к хорошо прогнозируемым результатам) требуют целостного схватывания ситуации во всей ее противоречивости и непрогнозируемости, предъявляют повышенную нагрузку к механизмам организации многозначного контекста. В таких условиях преимущество получают лица с доминированием правополушарных компонентов мышления, тем более, что активация образного мышления сопряжена у них с меньшими психофизиологическими затратами. Кроме того, образные компоненты мышления играют особо важную роль в механизмах психологической защиты, новая же стрессовая ситуация повышает потребность человека в использовании таких механизмов [2].

Межполушарная асимметрия и механизмы миграционного отбора. Поскольку не отмечается возрастных изменений выявленных фенотипов после 10-летнего возраста и установлена их наследуемость [8], постольку их динамика не может быть объяснена иначе, чем избирательной по отношению к этим фенотипам миграцией. Высокий уровень тревоги и неудовлетворенность жизнью на Севере, необходимость более высоких психофизиологических затрат для осуществления поискового поведения [2, 3, 8] могут служить главными причинами обратной миграции, выраженной преимущественно у индивидов с левополушарным типом реагирования (р < 0,01, рис., Г). Так, среди длительно наблюдаемого пришлого населения до достижения 15-летнего северного стажа (дающего ряд льгот в пенсионном обеспечении) уволилось и переселилось в центральные районы достоверно больше (р < 0,05) индивидов именно из группы с левополушарным типом реагирования (31%), чем из групп с правополушарным (12%) и смешанным (10%) типами.

Выявленная направленность отбора реализуется через избирательность миграционного поведения индивидов с левополушарным типом реагирования; при этом более существенное значение имеет, вероятно, избирательность не столько прибытия в регион (хотя, как видно из наших данных, и это имеет место), сколько выбытия из него.

Межполушарная асимметрия и развитие клинически очерченных синдромов нарушения адаптации. Несмотря на направленность миграционного отбора, индивидов с менее адаптивным левополушарным типом реагирования в популяции пришлого населения Северо-Востока сохраняется относительное большинство. Это обстоятельство обусловливает избирательную направленность выхода в патологию и более частое появление у таких лиц клинически очерченных форм нарушения адаптации, весомее представленных в данном регионе, чем в центральных районах.

Это подтверждается анализом частот фенотипов у здоровых представителей пришлого населения и больных. Среди больных увеличивается левополушарный фенотип за счет снижения правополушарного и смешанного (χ2 = 7,103, р < 0,05).

Высокий уровень тревоги и напряженность адаптационных механизмов у индивидов с доминирующим левополушарным типом реагирования обусловливают их большую предрасположенность к развитию психосоматических заболеваний, возникновение которых в значительной степени обусловлено дефицитом образного мышления [17] (рис., Д). Это болезни сердечно-сосудистой системы (пароксизмальная тахикардия, стенокардия, инфаркты миокарда, гипертоническая болезнь, вегетативно-сосудистая дистония — р < 0,01) и болезни желудочно-кишечного тракта (язвенная болезнь, гастриты, энтероколиты — р < 0,05). Своеобразную группу испытуемых составили больные хроническим алкоголизмом. Среди этих больных отмечается тенденция (р < 0,05) к преобладанию индивидов с левополушарным типом реагирования (рис., Е). Конечно, это может быть и следствием действия алкоголя на мозг. Однако высокий уровень тревоги у таких больных, связанный с психоэмоциональным напряжением, позволяет предположить, что развитие алкоголизма в этих условиях является своеобразной реакцией на стресс [8, 18, 19]. Во всяком случае, структура полиморфизма типов полушарного реагирования у больных психосоматическими заболеваниями и у больных хроническим алкоголизмом без психотической симптоматики не различается (χ2 = 2,12, p>0,1).

Другую обширную группу патологии, в патогенезе которой важная роль принадлежит психическому дистрессу и типу полушарного реагирования, составляют заболевания, связанные с нарушением иммунной системы. Развитие таких заболеваний (в первую очередь, острых и хронических инфекционно-воспалительных процессов, иммунопатий и иммунодефицитов) более характерно для населения Севера, чем для жителей центральных районов.

Динамика и уровень инфекционно-воспалительных заболеваний у пришлого населения Севера совпадает с изменениями их иммунного статуса [12, 13]. Изменение интегральных показателей иммунного статуса и иммунной гетерогенности, обнаруживая закономерную связь со сроками проживания на Севере, совпадает с динамикой психофизиологических характеристик обследованных нами групп [8]. Так, в начальный период адаптации (до 3 лет пребывания на Севере) на фоне наибольших отклонений иммунного статуса от среднеширотных величин отмечается наивысшая иммунная гетерогенность. Нормализация иммунного статуса в процессе адаптации (более 3 лет пребывания на Севере) тесно связана с уменьшением гетерогенности иммунных систем пришлого населения и приближением ее структуры к показателям у коренных жителей региона.

Так как обобщенная дисперсия признаков (гетерогенность) служит показателем фенотипической изменчивости [14], можно говорить о том, что адаптационная динамика иммунного статуса — не столько отражение его перестройки на индивидуальном уровне, сколько следствие участия в этом процессе миграционных механизмов. Динамика структуры популяции по иммунным фенотипам происходит в значительной мере за счет изменения доли лиц, имеющих менее адаптивный левополушарный тип переработки информации. В то же время у таких индивидов при переезде на Север значительно чаще развиваются нарушения иммунной системы и связанная с ними регионарная патология [12, 13]. Такие же корреляции со сроками проживания на Севере отмечаются и в изменении состояния нейроэндокринной системы и развитии соответствующих заболеваний.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Изменение структуры гетерогенности здорового пришлого населения Северо-Востока по типу полушарного реагирования связано не только с избирательностью миграционного поведения, но и с селективным выходом в группу патологии за счет развития психосоматических заболеваний, алкоголизма, нарушений иммунной и нейроэндокринной систем. И в том, и в другом случае процесс идет преимущественно за счет «лево-полушарных» индивидов, а более адаптированное и здоровое ядро популяции создается в Северо-Восточном регионе за счет отбора «правополушарных» индивидов. Это и приводит к накоплению в регионе большого количества лиц с доминирующим пространственно-образным типом мышления. В то же время, поскольку лиц с менее адаптивным логико-вербальным типом реагирования среди пришлого населения сохраняется относительное большинство, появление различных клинически очерчен ных синдромов нарушения адаптации имеет большую значимость для Северо-Востока.

Необходимость рассматривать проблему адаптации человека на Севере, прежде всего, на популяционном уровне, отнюдь не исключает возможности адаптивных изменений любой системы организма в пределах «нормы-реакции», однако и при этом следует иметь в виду, что лимиты этой «нормы-реакции» относительно невелики по сравнению с биологическим разнообразием любой популяции. Вот почему наблюдаемые в процессе адаптации изменения гомеостатических систем и любых психосоматических признаков связаны не столько с изменениями на индивидуальном уровне, сколько с селективными процессами в популяции.

Анализ соотношений избирательности миграции и селективного выхода в патологию показывает, что эти два процесса могут влиять однозначно на изменение частот фенотипов. Однако следует учитывать, что избирательность миграции вносит значительно больший вклад в изменение фенотипической структуры здоровой популяции [9, 10]. При этом миграционное поведение как одна из форм адаптивных поведенческих реакций является отражением большего или меньшего соответствия психосоматических особенностей индивида социально-экологическим особенностям региона.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Ротенберг В. С. Слово и образ: проблема контекста//Вопр. философии. 1980. № 4. С. 282.

2 Ротенберг В. С., Аршавский В. В. Поисковая активность и адаптация. М.: Наука, 1984. 192 с.

3. Ротенберг В. С., Аршавский В. В. Межполушарная асимметрия мозга и проблемы интеграции культур//Вопр. философии. 1984. № 4. С. 78.

4. Казначеев В. П., Чуприков А. П. Функциональная асимметрия и адаптация человека // Функциональная асимметрия и адаптация человека. М.: МНИИ психиатрии, 1976. C. 10.

5. Колышкин В. В. Асимметрия функционального состояния полушарий головного мозга при адаптации к новым климато-географическим условиям // Физиология человека. 1983. Т. 9. № 2. С. 195.

6. Reeves W. Н. Right cerebral hemispheric function: behavioral correlates // Internat. J. Neurosci. 1983. V. 18. № 2—4. P. 227.

7. Geschwind N. Cerebral dominance in biological perspective//Neuropsychologia. 1984. V. 22. № 6. P. 676.

8. Аршавский В. В. Особенности межполушарных взаимоотношений у коренного и пришлого населения Северо-Востока: Препринт. Магадан: ДВНЦ АН СССР. 1985. Ч. I. 41 с. Ч. II. 59 с.

9. Соловенчук Л. Л. Миграционное поведение и адаптация человека к экстремальным условиям среды обитания // Психическая адаптация человека к условиям Севера. Владивосток: ДВНЦ АН СССР, 1980. С. 161.

10. Соловенчук Л. Л. Биохимические полиморфные системы в популяции пришлых жителей Северо-Востока. Сообщение III. Избирательность миграционного поведения по отношению к генотипам полиморфных локусов // Генетика. 1984. Т. 20. № 10. С. 1719.

11. Березин Ф. Б., Мирошников М. П., Рожанец Р. В. Методика многостороннего исследования личности. М.: Медицина, 1976. 176 с.

12. Гельфгат Е. Л. Популяционные аспекты иммунной реактивности на Севере // Адаптация человека в различных климато-географических и производственных условиях. III Всесоюз. конф. Новосибирск, 1981. Т. 3. С. 89. 13. Гельфгат Е. Л., Соловенчук Л. Л. Формирование популяционно-возрастных особенностей иммунитета у населения Северо-Востока // Научно-технический прогресс и приполярная медицина. Новосибирск, 1978. Т. 1. С. 60.

14. Животовский Л. А. Показатели популяционной изменчивости по полиморфным признакам // Фонетика популяций. М.: Наука, 1982. С. 38.

15. Сологуб Е. Б. Электрическая активность мозга человека в процессе двигательной активности. Л.: Наука, 1973. 274 с.

16. Засыпкин М. Ю. Вычисление показателей внутрипопуляционного разнообразия и генетического сходства популяций с помощью микро-ЭВМ «Электроника БЗ-34 и МК-56» // Биол. науки. Докл. высш. шк. 1985. № 7. С. 100.

17. Psychosomatic medicine in a changing world: theoretical, clinical and transcultural aspects // Psychosom. 1982. V. 38. № 1—4. P. 1.

18. Соколова E. Д., Аршавский В. В. Исследование психопатологических состояний с точки зрения функциональной специализации полушарий головного мозга // Журн. невропатологии и психиатрии. 1984. Т. 84. № 12. С. 1823.

19. Volbehr Н. Svmptomwechsel zwischen Sucht und psychosomatischer Erkrankung aus ich-structuraller Slicht//Dyn. Psychiatr. 1980. V. 13. № 2—3. P. 71.

частота встречаемости левополушарного типа снижается, а правополу-шарного и смешанного фенотипов возрастает.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Хостинг КОМТЕТ